Фестивалю в физтехе - 30 лет!

Часть 1: Костромские «Кудесники»

 Самое важное событие 1982 года произошло в городе Долгопрудном, в недрах Московского физико-технического института. В конце осени там состоялся рок-фестиваль, на котором заявила о себе «новая волна» отечественного рока. Концерты организовали сотрудник МФТИ и большой любитель рок-музыки Александр Кочин и студенты того же института Владимир Трущенков и Дмитрий Жур. Фестиваль длился два дня.

           

Организаторы фестиваля

 В первый день фестиваля на сцену Физтеха вышли «Альянс» Игоря Журавлева, «Мистерия-буфф» Бориса Носачева и «Телефон» Валерия Сюткина. Выступление «Альянса» вызвало наибольший энтузиазм зрителей, ведь «new wave» был тогда у нас в стране в диковинку, а уж на русском языке – и вовсе казался невозможным.

«Альянс» попал в поток «новой волны» за год до этого фестиваля. Музыканты тогда решили быть в авангарде нового движения и сделали много «фирменных» танцевальных вещей из репертуара групп The Police, Blondie, Duran Duran, Madness и других «волновых» ансамблей. Певец «Альянса» Игорь Журавлев рассказывал: «Волна» - это был скачок от хардовых групп, и нам еще не совсем было понятно, в чем же там состоял прикол. А для того, чтобы понять это, нужно сначала просто поиграть фирменные вещи – изнутри сразу становится все видно».

 Свое выступление на сцене Физтеха «Альянс» начал с коллажа, сделанного из песен американской «волновой» группы B-52, которую тогда у нас еще мало кто знал. А потом зазвучали собственные вещи группы: «Я медленно учился жить», «Серое небо», «Сентябрь», «Я жду тебя на Киевском вокзале» и другие, написанные на стихи поэта Александра Елина. Все эти песни были исполнены впервые именно здесь, в Долгопрудном. На глазах у публики рождались новый стиль музыки, новый образ жизни и новый стиль жизни. Это было сродни чуду.

 

Игорь Журавлев ("Альянс") 

Сквозь овации зала и бурлящую радостью гримерку к музыкантам протиснулся звукорежиссер Игорь Замараев: «Ребята, если вы надумаете записать свою музыку, то время на одну песню мы для вас всегда найдем! В любой момент можете позвонить и приехать!» – возбужденно говорил он, пожимая музыкантами руки. Но музыканты «Альянса» воспользовались этим предложением лишь четыре года спустя.

На том же фестивале они познакомились с художественным руководителем Костромской филармонии, который предложил ребятам профессиональную работу. И уже пару недель спустя «Альянс» в том же самом составе, что показался в Долгопрудном, – Игорь Журавлев (гитара, вокал), Андрей Туманов (бас), Сергей Володин (гитара) и Павел Чиняков (барабаны) – уехал в Кострому. Правда, на гастроли наши герои отправились не под собственным именем, а под названием «Кудесники». На складе филармонии от этих «Кудесников», распавшихся несколько месяцев назад, осталась куча неиспользованных афиш. Выкидывать эти афиши было жалко, ведь за их изготовление было заплачено из кармана филармонии, вот московским музыкантам и предложили поехать под уже готовым названием. Зато наши герои исполняли во время гастролей именно те песни, с которыми выступили на фестивале в МФТИ. И то, что не могли слышать поклонники рока в Москве, свободно слушали жители костромских городков и поселков.

Впрочем, это торжество музыки продолжалось недолго. В предпоследней точке маршрута, после концертов в городе Буй приехавшая из Москвы комиссия сняла «Альянс» с гастролей с формулировкой «за безыдейность программы». Музыканты вернулись в Москву и обнаружили, что возглавили только что опубликованные «черные списки» групп, которым запрещалась всякая концертная деятельность. Ребят охватила депрессия, в результате которой группа прекратила свое существование.

В 1986 году, когда «Альянс» собрался вновь и вступил в Московскую рок-лабораторию, Игорь Журавлев напомнил своим коллегам о том давнем разговоре: «Ребята, надо найти этого Игоря Замараева, потому что он обещал нам одну песню записать!» Игорь Замараев тогда работал уже не в команде Ширкина, а в студии Московского Дворца молодежи, но он помнил о своем обещании. «Да-да-да, все остается в силе, - сказал он ребятам, - на одну песню я вам всегда время найду!» Так была записана песня «На заре», ставшая неформальным гимном Московской рок-лаборатории.

Сам автор этой песни, Олег Парастаев в 1982 году еще не выступал в составе «Альянса», но поскольку он приятельствовал с Журавлевым (они вместе учились в топографическом техникуме), то присутствовал на концерте в Долгопрудном в качестве зрителя. Олегу было вменено в обязанности обеспечить достойное завершение физтеховского приключения. Поскольку в те времена по советской традиции магазины закрывались рано, а фестивальный день должен был закончиться затемно, то Олег позаботился обо всем заранее и после концерта поджидал друзей-музыкантов с сумками, полными бутылок и закуси.

Подхватив гитары и праздничную провизию, ребята веселой гурьбой поехали к подружке Игоря Журавлева на Дмитровское шоссе. Те музыканты, что хотели остаться на второй день фестиваля, отправились ночевать домой к Саше Кочину, который жил здесь же, в Долгопрудном.

 

Александр Семёнов ("Мистерия Буфф")

 

Во второй день выступали «Центр» Василия Шумова, «Рубиновая Атака» Владимира Рацкевича, «Город» Сергея Минаева и «Коктейль» Андрея Большакова и Александра Иншакова.

«Рубиновая Атака» долго отказывалась от участия в фестивале, тем не менее, устроители все-таки уговорили Владимира Рацкевича и его товарищей приехать и выступить. Но вместо своего традиционного репертуара «Рубиновая Атака» исполнила авангардную пьесу, посвященную театру абсурда Ионеско. Басист «Рубинов» Илья Дубровский вышел со скрипкой в руках, сам Рацкевич сменил электрогитару на обычную акустическую, что было и странно, и непривычно.

В течение тридцати минут «Рубиновая Атака» исполняла одну и ту же повторяющуюся мелодию, которая как бы самоуничтожалась, а потом возрождалась вновь. Доведя зал до негативного экстаза, музыканты с чувством выполненного долга покинули сцену, собрали инструменты и укатили домой, в Москву. Полтора года спустя «Рубиновая Атака» прекратит свое существование, а Владимир Рацкевич соберет новую группу «Вектор», которая будет исполнять брэйк-дэнс-мюзик, и как хороший сёрфингист взлетит на новую волну…

 Музыканты группы «Город» очень волновались, выходя на сцену Физтеха, ведь до сих пор Сергей Минаев и его соратники выступали исключительно для своих друзей-приятелей на мероприятиях дома культуры завода «Красный Пролетарий», отрабатывая за репетиционную базу. (Именно там их и услышал Александр Кочин, который словно голодный до рока волк рыскал по Москве и ее окрестностям в поисках новых ансамблей.) Клавишник, который был самым старшим в группе и, казалось, должен являть собой образец несгибаемости и стойкости духа, настолько перенервничал, что был не в состоянии попасть в нужные клавиши, поэтому первую песню Сергею Минаеву пришлось отыграть на клавишах самому.

Веселые песенки, рассказывающие о житье-бытье городских мальчишек и девчонок, аранжированные в модной «волновой» манере, вызвали заметное оживление в зале. Уже к середине второй песни зрители начали притопывать, прихлопывать в ладоши, и музыканты вдруг ощутили, как энергетическая волна накрыла их будто теплым, пушистым одеялом. Согретый всеобщими одобрением и поддержкой, «Город» лихо доиграл программу до звонкого, жизнеутверждающего финала. Публика упорными аплодисментами не желала отпускать понравившуюся группу. «Давай еще!» - кричали из зала. Тогда осмелевший Минаев объявил: «А сейчас мы вам сыграем… настоящий рок-н-ролл!»

 

 Зал в предвкушении нового удовольствия затих. И тут, в возникшей тишине раздался голос певца Владимира Кузьмина, сидевшего в третьем ряду среди почетных гостей: «Ну-ну, посмотрим, как вы сыграете настоящий рок-н-ролл!»

«Господи, ну зачем я ляпнул про «настоящий рок-н-ролл»!» - сокрушался позже Минаев. Душа у певца, конечно, ушла в пятки, но тут уж пришлось соответствовать сказанному и исполнить рок-н-ролл, по-настоящему отрываясь. «Ну и чего ты орал, как резаный, когда мы рок-н-ролл исполняли?» - поинтересовался гитарист у певца по дороге со сцены в гримерку. «Да в мониторах ничего не было слышно», - ответил Сергей.

В гримерке музыканты попали в окружение не фанатов, а родителей. «Папа, тебе понравилось?» - хором спросили музыканты, обращаясь каждый к своей семье. Отец гитариста, известный пианист Антон Гинзбург высказал общее родительское мнение: «Все, конечно, замечательно, сынулечка, но – Господи! – где же пьяно?!» - «Он был потрясен: все вроде бы нормально, но нюансов нет, - смеялся Сергей Минаев. - Как мы с испугу заколбасили с самого начала, так все это до конца и колбасилось!»

Группа «Город» собралась как цельная рок-н-ролльная единица за полтора года до фестиваля в Физтехе, и ее участники сразу же принялись активно организовывать собственную раскрутку (сейчас бы сказали: «промоушн», - но в те годы такого слова в музыкантском обиходе еще не было). Летом 1982-го ребята снялись в фильме режиссера Бориса Дурова «Не могу сказать прощай», где исполнили роли музыкантов, играющих на танцах. Работать на съемочной площадке было необычайно интересно, но роли наших героев были эпизодическими, поэтому их игру по достоинству смогли оценить только друзья, знакомые и соседи. Размышляя о будущем, «Город» сделал ставку на участие в настоящем рок-фестивале. Выступление на одной сцене с такими динозаврами, как «Коктейль» или «Рубиновая Атака», рассуждали музыканты, могло дать группе очень серьезный толчок. И они оказались правы в своих расчетах.

 

Сергей Минаев      

Довольно бесцеремонно отодвинув в сторону мам и пап, к музыкантам протиснулся звукорежиссер Игорь Замараев и с ходу предложил записать их песни в студии. В конце следующего года эта идея будет реализована в виде магнитофонного альбома «Час пик». Тогда же Замараев покажет эти записи известному звукорежиссеру Владимиру Ширкину. «Это коммерческое!» - решит он. И эти слова окажутся пророческими.

Таким образом, именно на фестивале в Долгопрудном начался путь Сергея Минаева на Большую эстраду: «Фестиваль в Физтехе – это Событие с большой буквы! – вспоминал он. – Хотя по техническому уровню там ничего особенного не было, и зал был абсолютно обыкновенный, но для нас важно было дуновение свободы. Потому что кому бы мы ни показывали нашу программу, меня, как автора песен, непременно спрашивали: «Все это хорошо, но где бумажка, что вы – член Союза композиторов?» Ну, ответьте на милость: каким образом молодой человек в двадцать лет мог быть членом Союза композиторов СССР? Мне советовали обратиться к Михаилу Таничу или Ларисе Рубальской – и тогда все у меня будет хорошо. Но я-то хотел писать свои песни! Кстати, все они сочинены мной на стихи профессионального поэта Сергея Мирова, внука тех самых Мирова и Новицкой, который сейчас работает со всеми нашими телевизионными проектами. И не было в тех песнях ничего радикального. Не дай Бог! Это была просто городская лирика. Мы выбрали название «Город», потому что были патриотами своего города. Счастье, что в Физтехе можно было выступить со своим материалом, никем не залитованным. Там не было никакой проверки, никто ничего не подписывал. И для меня тогда это было нечто из ряда вон выходящее!»

Фестиваль в Долгопрудном предъявил обществу настроение нового поколения, которое выражалось в недоумении «странной» культурной политикой правительства СССР. Никто из них не был «антисоветчиком», никто не хотел разрушения этого строя. Просто они хотели играть и слушать свою музыку. Но именно этого им почему-то запрещали делать. Почему? Ведь в тех песнях, что они любили, не было ни призывов к свержению советского строя, ни обличения КПСС. Они были бесконечно далеки от всего этого. И пели лишь о том, как жили сами, о «мальчике в теннисных туфлях», о девчонке-стюардессе, мечтающей полететь в Бразилию…

 

Вася Шумов ("Центр") 

Для «Центра» этот фестиваль также стал знаковым событием. Именно здесь, в Физтехе Василий Шумов познакомился с начинающим звукорежиссером Андреем Пастернаком, который искал группу, чтобы набраться опыта в записи. «Центр» в свою очередь искал возможность записать новые песни. В итоге Андрей Пастернак в студии ВТО – на Пушкинской – записал несколько альбомов группы. «Стюардесса Летних Линий», «Чтение в Транспорте», «Цветок и Мотылек». Эти альбомы попали в руки «подпольных писателей», которые в десятках тысяч копий распространили их по всей стране.

 

 (продолжение следует)